Российское пчеловодство в кольце проблем

Новости пчеловодства Рейтинг: +1 Голосов: 1 1594 просмотра ⛳  Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5...

В современной России владельцы пасек превратились в угнетённый класс.

Согласно официальной статистике, в России числится 3,1 миллиона пчелосемей. Много это или мало? Вы удивитесь, но даже в годы Великой Отечественной войны пчёл было больше – в три раза!

К началу военных действий насчитывалось около 10 миллионов пчелосемей, к концу – девять миллионов. Эту планку сельский народ поддерживал вплоть до начала 1990-х годов, а потом число пчелосемей стало резко падать. Пришли к тому, что имеем.

Что с этим делать и как возродить отрасль, пчеловоды обсуждали на конференции в рамках выставки «Агрофарм-2020».

Нет законов для пчелы

Про статистику не зря говорят, что она – как женский купальник («всё подчёркивает, но ничего не показывает»). Но в случае с пчеловодством цифры оказались более чем говорящими.

– Можно было предположить, что количество пчелосемей уменьшилось за счёт роста продуктивности пчёл. Но нет, пчёлы не научились собирать в три раза больше мёда, – замечает врио директора ФГБНУ «Федеральный научный центр пчеловодства» Анна Брандорф.

И снова обращается к статистике.

Если производство мёда в стране Росстат оценивает в 65 тыс. тонн, то на каждого гражданина РФ в год приходится всего 450 г отечественного мёда.

– При суточной норме потребления в 60 граммов за год один человек должен съедать до 20 килограммов этого продукта, – говорит Анна Зиновьевна.

В борьбе за потребителя мёду приходится конкурировать с сахаром, кондитерскими изделиями и различными «медовыми продуктами» – суррогатами, полученными при смешивании мёда с различными сиропами, загустителями, экстрактами трав, ягодами. Производители натурального мёда ещё четыре года назад просили законодателей официально ввести понятие «медового продукта» и исключить слово «мёд» из названия таких сладостей.

Но где-то на пути к ГОСТу инициатива споткнулась.

– Этот фальсификат убрать с прилавка невозможно, – сетует Анна Барндорф. – Мы пытаемся привлечь ветеринарную службу, но ветеринары объясняют, что не имеют к этому отношения, поскольку это вообще не продукт животноводства. И хотя на банке написано «Мёд брусничный», изготовлен этот так называемый «мёд» на фабрике, где пчелы вообще не было.

Впрочем, сбыт – не самая большая проблема владельцев пасек. Главная беда пчеловодства, сошлись во мнении эксперты, в том, что государство не считает это отраслью. У нас не то что регулирования – даже федерального закона «О пчеловодстве» в стране нет. Отсюда все беды и вытекают.

– Мы кричим и топаем ногами, что кто-то должен что-то сделать, но никто ничего не сделает, потому что на это просто нет законов, – говорит Анна Брандорф.

И травят, и кормиться не дают

В прошлом году пчеловоды юга России «топали ногами» преимущественно в связи с подмором пчелосемей. Виновниками гибели насекомых были объявлены хозяйства, проводившие инсектицидные обработки.

– В советское время те, кто работал с пестицидами, должны были иметь соответствующее образование, – выступил из зала представитель Тамбовской области. – А сейчас неграмотные люди получили доступ к… химическому оружию! Это ведь действительно химическое оружие. Целый район – Сосновский – у нас остался без пчёл!

В теории пострадавшие от обработок владельцы пасек могут через суд добиться возмещения ущерба. На деле же в суд идти не с чем: нет ни лабораторий, ни специалистов, которые могли бы установить действительную причину гибели пчёл. И так – не только в «аграрном треугольнике».

– В 2019 году у нас пострадало 16 районов, погибло пять тысяч пчелосемей, – рассказала президент ассоциа­ции пчеловодов из Тульской области Валентина Пенар. – На полях применялся инсектицид «Монарх» с действующим веществом фипронил. Пчеловоды обратились в нашу региональную лабораторию, но там таких исследований не проводят. Приходилось возить пробы в Белгородскую область, в Татарстан...

Со своей бедой пчеловоды пришли к губернатору Тульской области. Глава региона вник в проблему и пообещал поддержать производителей мёда.

– Алексей Дюмин дал нам задание собрать пакет документов, доказать ущерб. Более 70 пчеловодов получили компенсацию. И до сих пор за эти деньги нас проверяет ФСБ – потому что это были государственные средства, – рассказала Валентина Петровна.

Не всякому региону так повезло с главой администрации. Там, где губернатор сам увлечён пчеловодством, принимаются региональные законы, есть государственная и организационная поддержка. А если не увлечён – то и дела обстоят соответственно.

– Природные условия Приморского края позволяют собирать 75-80 тысяч тонн мёда. В советское время доходили до 15 тысяч тонн. Сейчас – 5-6 тысяч. Почему не больше? Потому что нет стратегии общегосударственной, нет программы поддержки. Нет на федеральном уровне – нет и в регионах, – говорит Рамиль Еникеев, руководитель Союза пчеловодов Приморского края. – Прежний глава региона за тридцать лет ни разу с пчеловодами не встретился, а с новым губернатором Олегом Кожемяко уже четыре раза общались. А всё почему? Потому что отец Кожемяко сам был пчеловодом, очень увлечён был этим делом и даже несколько детских книжек издал про пчёл...

Приморский край, несмотря на географическую «далёкость», столк­нулся с близкой для пчеловодов юга проблемой – исчезновением кормовой базы. Культурных растений-медоносов в Приморском крае мало: аграрии выращивают преимущественно пшеницу, ячмень, кукурузу и сою, с которых собирать нечего. Так что единственный источник мёда – Уссурийская тайга. 80% продукта пчёлы приносят с липы.

– До 2007 года, пока не приняли Лесной кодекс, мы проблем не знали: на уровне региона рубка леса была запрещена. Но с принятием кодекса полномочия перешли на федеральный уровень. Рослесхоз создал список деревьев, рубка которых запрещена. Кедр в этот список внесли, а про липу забыли, – сказал Рамиль Еникеев. – С 2010 года спрос на липу повысился, в Китае она стала стоить баснословных денег – её использовали для поделок, потому что древесина мягкая. А дальше – приведу интересные цифры. Департамент лесного хозяйства в 2017 году дал разрешения на вырубку 150 тысяч кубометров липы. В том же году, по данным таможни, вывезли 850 тысяч кубов липы. Больше, кроме как в Приморском крае, липу нигде не заготавливают. Представляете масштабы незаконной вырубки?

Всё закончилось массовыми протес­тами против рубок. Активисты дошли до мобильной приёмной президента – и тогда было принято решение создать «зону покоя», где коммерческая заготовка древесины (в том числе из липы) запрещена.

Краснодарскому краю в этом смысле повезло гораздо меньше. Кормовую базу для кубанских пчёл – каштановые рощи – уничтожают не люди, а насекомые.

– В 2016 году у нас впервые появилась восточная каштановая орехотворка – маленькая букашка, которая откладывает яйца в почки. В результате деревья, которые и так в последнее время страдали от гнилей и чернильных болезней, стали засыхать, – рассказал Юрий Гниненко, зав. лаборатории защиты леса от инвазионных и карантинных организмов ФБУ ВНИИЛМ. – Теперь весь каштановый древостой, который есть у нас на черноморском побережье, является очагом массового размножения этого вредителя, а сбор каштанового мёда сократился до 60%.

С этой проблемой трудно справиться из-за несовершенного природоохранного законодательства. Основные территории, где растёт каштан – заповедники, а там нельзя применять пестициды.

– Получается, что вредитель, который пришёл в охраняемые леса, сам стал объектом охраны! – говорит Юрий Иванович.

Единственное спасение для каштановых лесов учёные видят в интродукции паразитоида Torimus sinensis – естественного врага каштановой орехотворки, который сейчас широко используется в Турции.

– Если этого не сделать, последствия могут быть катастрофическими. Не станет не только мёда, но и каштана – как вида. Произойдёт то же самое, что и с самшитом: в течение пяти лет мы потеряли все самшитовые рощи, ни одного гектара не осталось – самшитовая огнёвка уничтожила всё.

Впрочем, не только каштановый, но и липовый мёд на юге России может стать дефицитным продуктом: с Дальнего Востока к нам пришла липовая минирую­щая моль, из США – три вида вредителей белой акации. По прогнозам Юрия Гниненко, необходимость в массовых инсектицидных обработках деревьев может возникнуть уже очень скоро.

Пчёлам нужны айболиты

В нынешнем состоянии пчеловодство осталось практически без ветеринарного обслуживания, говорит Анна Брандорф.

Владельцы пасек (а 94% пчелосемей содержится в ЛПХ) лечат своих тружениц самостоятельно, и тут уж кто во что горазд. Например, борются против клещей Varroa distructor незарегистрированными препаратами с неизвестными дозировками. Такая самодеятельность грозит тем, что в один прекрасный момент действующее вещество просто перестанет действовать.

Другой пример – гнильцовые болезни пчёл. Лечить их, говорит старший научный сотрудник ВНИИ ветеринарной санитарии, гигиены и экологии Алексей Сохликов, бессмысленно.

– Пчелосемью нужно уничтожить, а не лечить. Именно так поступают в Европе – и получают страховое возмещение. А наши пчеловоды жалеют насекомых, покупают в аптеке антибиотики и поливают ими улья. Пока действие антибиотика продолжается, признаки заболеваний исчезают – но только на время. И приходится снова использовать антибиотик, – говорит Алексей Борисович. – А потом мы удивляемся, откуда в СМИ появляются статьи про «грязный русский мёд»!

Эпизоотическая ситуация в пчеловодстве усугубляется с каждым годом, говорит профессор Московской академии ветеринарной медицины и биотехнологии им. К.И. Скрябина Валерия Масленникова. Например, с 2015 года в России стали регистрироваться случаи коллапса пчелиной семьи: когда пчёлы просто исчезают из улья, оставляя мёд и расплод. Природу коллапса учёные не выяснили, но немалую роль в этом явлении отводят вирусам. Их накопилась масса, а потепление климата и ухудшение иммунитета пчелосемей привели к тому, что вирусы стали себя проявлять.

– Хронический вирусный паралич, вирус мешотчатого расплода, вирус деформации крыла, вирус острого паралича, – перечислила Валерия Масленникова.
Болезни множатся по разным причинам. Иногда виноваты блуждающие пчёлы, иногда – соседские пасеки, где вовремя не обработали ульи. Порой сам пчеловод множит инфекцию: например, погибла пчелосемья, а он не выясняет, почему, списывает на пестициды, а кормовые рамки, которые являются источником инфекции, оставляет на расширение...

– Но главный путь, откуда к нам приходят болезни, это покупка инфицированного племенного материала. Никто его не проверяет, покупают по принципу: чем дешевле – тем лучше. Так мы сами завозим инфекцию на свои поля, – говорит Алексей Сохликов.

Если коров или коз, например, государственная ветслужба обязательно ставит на карантин, то в случае с пчёлами почтой из-за границы приходит всё что угодно, говорит Анна Брандорф.

– Это вредит не только эпизоотической ситуации, но и селекции пчёл. Массовый завоз пород и помесей на территорию РФ загрязняет наш генофонд. Сейчас, например, мы стали очень увлекаться «Бакфастом», который необоснованно рекламируют. И никто не говорит, что это, по сути, синтетика, собранная из 20 пород и генофондов.

Искусственное осеменение пчёл (то, что помогает сохранить чистоту породы) в России применяется, но идёт не слишком успешно, и преимущество остаётся за естественным размножением насекомых. И тут уж сердцу не прикажешь – если только не установить для каждой племенной пасеки «буферную зону»: чтобы, допустим, в радиусе 10 км не было ни одной чужой пчелы.

Но пока в правительстве РФ о таких регламентах для пчеловодства даже разговоров нет.

– В министерстве сельского хозяйства нет такой отрасли, как пчеловодство, – констатирует Валерия Мельникова. – Поэтому у нас такие проблемы. Когда нужно предпринимать действенные меры, всё упирается в то, что нас не существует.

 

Похожие статьи:

Новости пчеловодстваЯрмарка алтайского меда "Золотой улей" открывается сегодня в Барнауле
Новости пчеловодстваСельское хозяйство в Хакасии: ставка на пчеловодство
Новости пчеловодстваГибель пчёл в Калининградской области
Новости пчеловодстваВ Новосибирске открыли Всероссийский фестиваль меда
Новости пчеловодстваНа "Бирюзовой Катуни" строят пасеку


Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Этот сайт использует файлы cookies, чтобы облегчить вам пользование нашим веб-сайтом. Продолжая использовать этот веб-сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Подробнее о том, как мы пользуемся файлами cookies и как ими управлять, вы можете узнать нажав на ссылку ниже.

Календарь пчеловода

Март

Суровая сибирская зима завершается, пчёлки в предчуствии весны...далее>>

  

Апрель

Первый облет!Праздник для пчеловода и конец зимнего периода в жизни пчёл...далее>>

  


Май

Наступают по настоящему теплые дни.В ульях происходит замена зимовалых пчел-молодыми, семьи интенсивно растут...далее>>

  



 

Новые объявления

(Москва-12 мая 2020-просм. 113)
Продам: пчелопакеты и матки

(с красногорское- 7 мая 2020-просм. 170)
Продам: ПЧЕЛОПАКЕТЫ КАРНИКА

(Слободской- 5 мая 2020-просм. 139)
Предлагаю Рамки

(с красногорское-30 апреля 2020-просм. 327)
Продам: ПЧЕЛОПАКЕТЫ КАРНИКА

(Алексеевка-29 апреля 2020-просм. 190)
Продам: Пчелопакеты

(Мостовской-28 апреля 2020-просм. 175)
Продам: Пчелопакеты Карпатка