Пасека-онлайн
Cайт 1572 любителей пчеловодства.
Присоединяйтесь к нам!!!
 Сегодня 10 декабря, суббота
 00:00:00
 Вы вошли на сайт, как Гость! Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь.

А.М.Бутлеров "О зимовки пчёл"

Увеличить шрифт: 13px | 14px | 18px
Основоположник русского рационального пчеловодства академик A. М. Бутлеров в течение всей своей пчеловодной деятельности уделял исключительное внимание зимовке пчел — одному из важнейших вопросов практического пчеловодства. «Зимовка пчел — самая трудная задача пчеловодства, особенно в нашем климате, — писал он в 1870 г. — Зима приносит пчеловоду главные убытки, часто непредвидимые, а потому и неотвратимые. Поэтому все, что касается зимовки в разных местностях и результатов, которые получаются, должно в высшей степени интересовать пчеловодов». Эту программную мысль он вновь подчеркнул в докладе «О пчеловодстве и, жизни пчелиной семьи в их взаимозависимости от внешних условий» (1877), в котором наряду с другими узловыми проблемами, стоящими перед отраслью, указал на благополучную зимовку, назвав ее «капитальнейшей задачей пчеловодства».

Об остроте проблемы зимовки говорила сама жизнь. Ежегодная гибель пчелиных семей, а в иную зиму и целых крестьянских пасек, большая осыпь, заболевание пчел поносом, сырость и плесень в гнездах, бездоходность плохо перенесших зиму семей — вот главные беды, которые приносила зима пчеловодам. Об этом из года в год и из разных мест России сообщали пчеловоды в «Труды» Вольного экономического общества, где отдел пчеловодства редактировал А. М. Бутлеров, а потом и в им же возглавляемый журнал «Русский пчеловодный листок». О трудностях сохранения пчел в зимний период и сбережения их энергии он хорошо знал из писем, адресованных ему, непосредственного общения с пчеловодами, пасеки которых посещал, и из многолетней собственной практики. На своей пасеке (находилась она в Казанской губернии и доходила до 51 улья) испытал он самые разные, способы зимовки в ульях самых разных русских и зарубежных конструкций, бытовавших тогда.

В результате глубокого изучения зимнего содержания пчел и настойчивых экспериментов А. М. Бутлеров пришел к очень ценным выводам, вошедшим впоследствии в его классические главные правила толкового пчеловодства.


В ЗИМУ — НИ ОДНОЙ СЛАБОЙ СЕМЬИ
Сила семьи — показатель, который А. М. Бутлеров считал очень важным не только для периода главного взятка, когда необходима большая масса пчел, чтобы его полнее использовать, но и для зимовки, требующей от семьи особых усилий.
Слабая малочисленная семья не способна противостоять невзгодам зимы, особенно такой долгой и суровой, какая бывает в России. Как подсказывала практика, в подавляющем большинстве случаев гибли в зимовке или еле-еле доживали до весны малосильные семьи. Таков неумолимый закон естественного отбора.

В пользу сильных семей Бутлеров выдвигает три положения: зимуют они всегда лучше, чем слабые, то есть меньше теряют пчел и реже страдают от заболеваний; меда съедают сравнительно меньше; выходят из зимовки сильными и стойко сохраняют эту силу весной. Иными словами, сильная семья благодаря многочисленности ее особей без излишнего напряжения способна зимой создать и поддерживать в своем гнезде такие условия, которые благоприятствуют сбережению физиологической молодости пчел. Пчеловоду остается только заботиться о том, чтобы нормальное весеннее развитие таких семей шло своим чередом, не встречая задержек и остановок, а не выправлять их, как семьи слабые.

А. М. Бутлеров делает вывод: «Для хорошей зимовки семья не должна быть слабой». Он указывает и на размер, который «необходим для того, чтобы семья могла нормально
пережить зиму. «...Если пчелы, — пишет он, — сплошь покрывают нижнюю половину шести-семи пластов, вершков 8—9 длиной каждый (подч. Бутл - И.Ш.), и еще немного висят под гнездом, хотя погода уже не жаркая, то сила семьи хороша».
Что же делать с семьями, которые недостаточно сильны для зимовки (а такие семьи встречаются, особенно на больших пчельниках — поздние рои, неразвившиеся отводки, изработавшиеся на взятке семьи и не успевшие окрепнуть к осени)? Бутлеров советовал в конце сезона соединять эти ненадежные семьи друг с другом или подсыпать их пчел к другим семьям. «Две или три соединенные вместе семьи, — говорит он, — могут дать вполне надежный для зимы улей, а порознь каждая из них, будучи слабой, или погибла бы зимой или вышла бы весной чуть жива. Он формулирует правило: «Для своей собственной выгоды пчеловод не должен оставлять в зиму семейств ненадежных. Выгоднее соединить ненадежные семьи в одну надежную и иметь ее весной, чем потерять все ненадежные семьи». Точно так поступал он и сам, когда на его пасеке был гнилец. В отчете «Моя пасека в 1874 году» Бутлеров сообщает: «Что касается цифр, то вообще ход дела на моей пасеке был следующий: из 42 ульев, поставленных в зиму 1873—1874 года, весной осталось 37; к осени пасека состояла из 51 семьи, при осенней ревизии она... уменьшилась до 45 семей, которые и пошли в зиму 1874—1875 года».:
В зиму — только сильные семьи. «В сильных семьях — все спасенье», — скажет потом Г. П. Кандратьев — ученик и последователь А. М. Бутлерова, вложив в свою удивительную по точности и емкости формулу более общее, пчеловожденческое содержание.


БОЛЬШЕ МЕДА — НАДЕЖНЕЙ ЗИМОВКА
Мед — главный источник энергии пчел. Сколько же его надо семье, чтобы она благополучно перезимовала?
П. И. Прокопович на этот вопрос ответил так: «Одно семейство пчел в продолжение всей зимы (с 1 октября по 1 апреля), в шесть месяцев, съедает меда от 7 до 15 фунтов» Эти цифры он уточнил: «Для молодых роев на продовольствие зимою достаточно 12 фунтов, но для запаса полагается еще 3 фунта, а всего полагается на зиму для роя не менее 15 фунтов». Для старой семьи, по его расчетам, должно быть оставлено 20 фунтов — 15 на продовольствие и 5 фунтов в запас. Примерно на такое же количество указывал и немецкий пчеловод А. фон Берлепш: «С 10 фунтами меду семья продержится до марта, а потом ее можно подкармливать».

Таково тогда было мнение крупнейших пчеловодных авторитетов. Оно было в ходу в Европе и известно в России через бывших учеников школы Прокоповича. И с каким бы уважением Бутлеров ни относился к Прокоповичу и Берлепшу, он не мог признать тот «строгий пост», на который обрекались пчелы зимой, и ориентировать на него пчеловодов. В практике пчеловодства такого минимального количества меда чаще оказывалось недостаточно. Пчеловодам приходилось кормить пчел зимой, чтобы спасти их от голода. Пополнение кормовых запасов в конце зимнего периода было тогда узаконено, многими рекомендовалось и считалось необходимым практическим приемом.

«Кормление на зимовке, — писал позже А. М. Бутлеров, — конечно, дурной прием, который может оправдываться только совершенной крайностью, целью спасти семейство от голодной смерти, когда уже весна не далека, а запас истощился. В сущности толковый пчеловод не должен брать в зиму таких семейств, у которых нет достаточного медового запаса (фунтов 25—35), и если лето было плохо, то лучше уничтожить часть семей, отдавши их мед остальным. Зимнее кормление, да и всякое беспокойство пчел на зимовке — особенно при нашей продолжительности зим — почти всегда неминуемо ведет к поносу».

В другом месте он прямо указывает на непреложное правило — «оставлять в зиму только семьи с достаточным запасом меда... Зимнего урона от недостатка меда (подч. Бутл. — И. Ш.) быть не должно.
Количество зимних медовых запасов постепенно пересматривалось им в сторону увеличения. По сравнению с первоначальной цифрой (в первые годы Бутлеров, как и Прокопович, полагал, что зимующей семье надо оставлять 15—16 фунтов меда) оно увеличено вдвое. И если он и устанавливает минимум — не менее 25 фунтов на семью, то этот мед до единой капли он считает зимним. Мед, не доступный клубу пчел, хотя бы его и много было в улье (по мнению Бутлерова, его должно остаться у пчел после зимовки примерно столько же, сколько им надо на питание зимой), в это количество не входит. Он потребуется пчелам и будет использован ими лишь весной.

Больше корма — надежней и лучше зимовка. Такой вывод делал читатель статей и книг А. М. Бутлерова. Это, несомненно, было шагом вперед в решении проблемы зимовки.
Указанное Бутлеровым количество меда и перги, считавшееся по тогдашним понятиям очень немалым для зимневесеннего периода, сейчас намного возросло.


НУЖНА ЛИ ВЕНТИЛЯЦИЯ УЛЬЯ?
Ответ на этот вопрос А. М. Бутлеров искал настойчиво и долго. Дело в том, что в пчеловодной литературе, особенно в классической немецкой, которую Бутлеров превосходно знал, вентиляция улья отрицалась в самой категорической форме. В частности, А. Берлепш, которого Бутлеров высоко ценил, в книге «Пчела и ее воспитание в ульях с подвижными сотами в странах без позднего осеннего взятка» утверждал, что «пчелы совсем не страдают от недостатка воздуха, пока они не потревожены (подч. Берл. — И. Ш.) во время зимнего покоя; они живут скорее подобно растению, а не как теплокровное животное, и потребляют крайне мало кислорода». Исходя из такой предпосылки, Берлепш не советовал пчеловодам «вообще заботиться о том, чтобы пчелы не задохнулись зимою от недостатка воздуха» (подч. Берл. – И.Ш).

Бутлеров поверил ему. В своем практическом пособии «Пчела, ее жизнь и главные правила толкового пчеловодства» (1871) он, следуя Берлепшу, писал: «Вообще пчелы зимуют лучше, когда верхняя часть улья закрыта как можно плотнее, между тем как снизу доступ воздуха довольно свободен. Поэтому во время уборки на зиму улей должен быть в верхней части хорошо законопачен и промазан по всем щелям и смычкам. В ульях разборных с магазинами должны быть замазаны плотно покрывки. Также замазывается по краям и верхняя часть вставных досок или рам в этих ульях». При такой тщательной укупорке ни о каком перемещении воздуха в улье не могло быть и речи. Однако гнезда, подготовленные таким образом, к весне становились мокрыми, с заплесневевшими и часто опоношенными сотами, семьи за зиму ослабевали, а нередко и не дотягивали до весны.

В статье «К вопросу об условиях хорошей зимовки пчел» (1883) А. М. Бутлеров со свойственной ему прямотой и откровенностью признавался: «Предписание Берлепша «по возможности герметично заклеивать на зиму верх пчелиного помещения, чтобы мешать выходу из него теплых паров», и уверение, что пчелы «нуждаются зимой в крайне ничтожном количестве воздуха», считаю я ныне совершенно ошибочным. Теперь я... вполне уверен, напротив, в гибельном влиянии недостатка вентиляции в улье. Я пришел понемногу к этому убеждению, наученный опытом; но предварительно наверное заплатил жизнью не одной пчелиной семьи за свое доверие к мнению ф. Берлепша».

Подтверждение своим выводам А. М. Бутлеров находил в богатой народной практике. Пчеловоды-дупляночники, перенявшие и усвоившие от своих дедов умение , ходить за пчелой, оказывается, совсем не даром кладут дуплянки на зиму боком, открывают дно, совершенно обнажая низ гнезда. Тут уж не может удержаться ни тепло, ни влага, а результаты зимовки бывают вполне удовлетворительными. Больше того, некоторые наблюдательные и сообразительные

колодники пользуются даже дополнительными вторыми, устроенными вверху летками.
«У нас, — пишет Бутлеров, — крестьяне делают иногда в своих колодах-лежаках леток, да еще не маленький, в самом верху улья, у его потолка. Когда я несколько лет тому назад в первый раз увидел такое, по моим тогдашним понятиям, нерациональное устройство — я отнес его к незнанию пчелохозяев. В таких ульях, думалось мне, пчелы должны зимовать плохо; но теперь у меня самого есть 2—3 таких улья, и я на деле вижу, что зимовка проходит прекрасно».

В «Заграничных заметках», которые, кстати сказать, систематически публиковались в «Трудах» Вольного экономического общества, А. М. Бутлеров описывает наблюдение выдаю¬щегося польского пчеловода Я. Дзержона, касающееся зимовки пчел. В одном его улье зимой случайно выпала дверка. Вопреки ожиданию в этой даже несильной семейке не погибло ни одной пчелы. Дзержон делает вывод, что постепенный, даже значительный, обмен воздуха в улье никогда не может быть вредным. Он поэтому рекомендует оставлять на зиму открытыми два летка или леток и небольшое отверстие в голове улья, специально предназначенное для вентиляции. Несомненно, и Бутлеров разделял это мнение.

Значит, не о помехе выходу теплых паров из улья следует заботиться, а о том, чтобы выход этот был достаточно свободен и протекал постоянно в течение всей зимы. «Пусть будут толсты, теплы и сухи стены пчелиного жилья, — писал Бутлеров, — но устройство этого жилье должно допускать хорошую вентиляцию». Это в равной степени относил он к пчелам, зимующим как в помещении, так и на открытом воздухе.

Вместо прежней рекомендации, где он советовал плотно заделывать верх улья, в пятое издание своей книги «Пчеле, ее жизнь...» (1883), по которой учились русские пчеловоды, Бутлеров смело вводит принципиально новый взгляд на вентиляцию: «Улей должен быть сух и тепел и в то же время должен допускать достаточный обмен воздуха. Ничто так не вредит пчелам при зимовке в омшаниках, как недостаток чистого воздуха в улье».
Академик А. М. Бутлеров дал глубокое теоретическое обоснование необходимости вентиляции зимнего жилища пчел.

Во-первых, он указал на постоянную потребность пчел в свежем воздухе, без которого, как известно, не возможен процесс обмена веществ ни в одном живом организме. «У пчел, — говорит А. М. Бутлеров, — как и у всех животных, известная часть пищи составляет горючий материал — топливо, сгорающее за счет кислорода воздуха, поглощаемого при дыхании. Очевидно, что для сожжения большего количества топлива нужно более воздуха».

По самым скромным и приблизительным расчетам, которые он приводит в статье «К теории перезимовки пчел», опубликованной в немецком журнале «Bienen-Zeitung» (1874), пчелиная семья потребляет в сутки около 8 кубических футов воздуха (1 куб. фут = 28,32 л), кислород которого необходим для переработки и усвоения съеденного меда. Это очень немаленькое количество, и потребление его объясняет, почему так легко может оказаться недостаточно воздуха в улье, если доступ ему туда ограничен или тем более закрыт.

Во-вторых, Бутлеров установил причину появления губительной сырости в жилище пчел. В улье где зимой наблюдается разность температур, при отсутствии вентиляции всегда концентрируется влага. Таков закон физики. На него и опирался А. М. Бутлеров. «В закрытом помещении, — пишет он, — заключающем лишь небольшое количество литров воздуха, можно превратить в пары несколько фунтов жидкости, ежели разница температур в разных частях этого помещения позволяет парам, образующимся в одном углу, сгущаться в жидкость в другом». Такая обстановка как раз и складывается в улье при отсутствии вентиляции.

Приток холодного воздуха — единственный способ удалении влаги. Холодный воздух суше теплого. Поступая в улей снаружи, он не только не приносит с собой влажности, но, согреваясь, растворяет ту воду, которая есть в улье. Поток воздуха, который всегда бывает при двух летках, постепенно уносит из улья излишнюю влагу, не давая возможности ей оседать и нормализуя окружающую пчел ульевую среду.

И, наконец, в-третьих, Бутлеров отметил чрезвычайно важную биологическую особенность зимующих пчел сберегать вырабатываемое ими тепло в недрах клуба, несмотря на проникновение в их жилище воздуха более низкой температуры. Он указал и на причину, благоприятствующую этому. «...Имея способность развивать теплоту, — пишет он в одном из примечаний к книге Берлепша «Пчела...», — масса скучившихся пчел трудно пропускает, хорошо сохраняет ее. Это понятно, если взять в расчет, что здесь, как и во многих других массах, дурно проводящих теплоту, имеется много мелких пространств, наполненных воздухом». Клубу пчел, таким образом, не страшен поступающий к ним холод.

Подход к зимовке с таких позиций позволил Бутлерову по-иному истолковать вопрос и о зимней жажде пчел. В примечании к статье А. Соколова «О свищевых матерях», опубликованной в журнале «Русский пчеловодный листок» № 4 за 1887 г., Бутлеров пишет: «Чуть ли не вернее, что так называемая «жажда» появляется только при недостаточной вентиляции». Ведь когда пчелам недостает влаги, они обычно сильно шумят, помогая движениями своих крыльев притоку в гнездо более чистого, богатого кислородом свежего воздуха. Отсюда следовали и совершенно иные практические приемы ее предупреждения, а если она появилась, то и утоления — не поение пчел водой, всегда связанное с большим беспокойством семьи со всеми вытекающими из этого отрицательными последствиями, а усиление вентиляции ульев и помещении в котором проходит зимовка.

Итак, зимняя вентиляция улья при нормальной силе семьи и достаточных кормовых запасах в гнезде — одно из первостепенных и важнейших условий хорошей зимовки пчел.


КАКИМ ДОЛЖНО БЫТЬ ЗИМНЕЕ ГНЕЗДО?
От того, как сформировано гнездо пчел на зиму, во многом зависит ход зимовки.
Почти любое вмешательство в жизнь пчел, которое с точки зрения практического пчеловодства стало необходимым и целесообразным после внедрения разборных рамочных ульев, обычно приводит к нарушению их гнезда. На него семья всегда болезненно и остро реагирует. И если весной или летом пчелы способны, порой даже в короткий срок, восстановить целостность своего гнезда, отвечая своими действиями на какой-либо рациональный прием, или «исправить» допущенные пчеловодом ошибки — у них на это есть время, то осенью справиться с этим они часто оказываются не в силах и бывают вынуждены идти в зиму с гнездом не устроенным.

Бутлеров считал, что главное условие, которому должно отвечать зимнее гнездо пчел в улье, — быть таким, каким его делают сами пчелы в естественном, жилище. Поэтому при осеннем осмотре, когда из улья изымают лишний мед и одновременно комплектуют гнездо на зиму, он советовал «как можно меньше перемещать пласты — стараться напротив, чтобы гнездо по возможности оставалось в том виде, как его устроили себе пчелы...»

Особенно важно, по словам Бутлерова, обращать внимание на то, как помещен зимний запас меда. «Для удачной зимовки благополучной семьи, — писал он, — нужно не только то, чтобы медовых запасов было достаточно, но чтобы они были и хорошо расположены в гнезде», то есть находились вверху, над пчелами и около них, сбоку и к задней стенке улья, «в тех самых пластах, на которых сидят пчелы». Даже положение меда в дуплянках, которые на зиму обычно клали на бок, Бутлеров считал ненормальным, затрудняющим зимовку и особенно плачевным для слабых семей.

Мысль о том, что главные зимние запасы меда должны быть размещены на сотах, которые обсиживаются пчелами, Бутлеров всегда выделал особо. При несоблюдении этого правила пчелы вполне могут умереть с голоду, хотя в улье и будет мед, но только в стороне от них, на соседних сотах, на которые им перебраться зимой чрезвычайно трудно.

В естественном жилище для облегчения перехода с пласта на пласт пчелы проделывают в сотах специальные круглые отверстия. Это помогает им перемещаться в гнезде, уходить с порожних сотов на соты медовые и выживать даже при недостаточных запасах корма. С того времени, как стали пользоваться искусственной вощиной (в России ее начали внедрять при непосредственном и энергичном участии А, М. Бутлерова), пчелиное гнездо, качественно намного улучшившись, утратило эти проходы, по которым пчелы проникали к меду, что в немалой мере затруднило зимовку, особенно при минимальном количестве корма над клубом. Зная об этом, Бутлеров указал на необходимость иметь в улье пространство над рамками, которое при надобности вполне заменяет пчелам отверстия в сотах. Такое пространство как раз и образуется, когда гнездо накрывается деревянным потолком, а не холстиком. «Значит, никаких покровок не нужно» — к такому заключению приходит Бутлеров, разрешая, казалось бы, на первый взгляд, не такой уж важный вопрос: холстик или потолок?

Пчелы обычно хорошо зимуют, если середина их гнезда не заполнена медом, или, как говорит Бутлеров, когда у них достаточно «пустого сухого места». Здесь они и размещаются на зиму, продвигаясь вверх по мере поедания меда и освобождения от него ячеек. На меду в холодное время пчелы нормально жить не могут.
В статье «Лето 1873 года и гнилец на моей пасеке» А. М. Бутлеров приводит любопытный и поучительный в этом отношении факт. «Прошлой осенью, — пишет он, — пчелы дали довольно много меда и пошли в зиму с значительными медовыми запасами. Зима, хотя и была вообще не сурова, и холода продолжались недолго, но на избытке меда пчелам было холодно. Вот почему, вероятно, в простых колодных ульях, у наших пчеляков-крестьян, вообще произошла довольно значительная убыль. Семьи вымирали, а гнезда оставались полны медом».

Поэтому соблюдение и этого правила при составлении гнезда пчел на зиму он вполне справедливо считал обязательным.
С признанием необходимости вентиляции улья несколько изменился взгляд Бутлерова на объем зимнего гнезда. По его твердому убеждению, оно по отношению к силе семьи должно быть более просторным. Даже лишние порожние соты, поставленные по краям гнезда, по словам Бутлерова, «намного способствуют благополучной зимовке».
Итак, хорошую зимовку пчел определяет целый комплекс факторов, в равной степени важных и одинаково необходимых. Этот взгляд А. М. Бутлерова лег в основу практических приемов подготовки пчел к зиме и их зимнего содержания.

В последние годы жизни А. М. Бутлеров все больше и больше приходил к убеждению целесообразности зимовки пчел на воле. «Вообще можно бы оставлять пчел зимовать на открытом воздухе гораздо чаще, чем это делается у нас», — писал он. Бутлеров видел неоспоримые преимущества этого способа содержания пчел: нормальный по срокам облет, или, как говорил он, «как скоро позволит погода и пожелают пчелы» (его обычно пропускают пчелы, запертые в помещении); хорошие результаты — семьи «часто выходят из такой зимовки благополучнее, чем из омшаника», пчелы не страдают от излишнего тепла и духоты, которые «вредят им больше, чем холод», что почти неизбежно в помещении с осени и к весне, когда стоит нехолодная погода, или зимой, во время оттепелей.

Зимовка на воле не нарушает естественных условий, к которым пчелы приспособились в своей эволюционной истории. Это, пожалуй, главное, за что ценил ее Бутлеров. Он к тому же не сбрасывал со счетов и экономическую сторону дела — не требовалась постройка дорогостоящих зимних помещений.

Многолетняя проверка зимовки пчел в ульях разных типов дала основание А. М. Бутлерову сказать, что стояк «все таки тот улей, в котором пчелы наилучше зимуют в наших краях».
Мысли выдающегося русского ученого академика А.М. Бутлерова о зимовке пчел, высказанные им больше 100 лет назад не утратили своей свежести и практической силы.

 А.М.Бутлеров «О ЗИМОВКЕ ПЧЕЛ» (пчеловодство №11 1969г., И. Шабаршов)

Похожие статьи:

 Разработка способа зимовки пчел на воле в Сибири началась в середине 70-х годов прошедшего...
Зимовка пчел — один из ответственейших периодов в работе пчеловода. От хорошей зимовки зависит...
 Известно, что медоносная пчела, не обладая способностью к диапаузе, в состоянии переживать...
Зимовка пчел — весьма своеобразный и ответствен­ный период в их жизни. Николай Михайлович...

Рейтинг: 0 Голосов: 0 594 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

X

Поиск по сайту